На войне – как на войне

Самая большая опасность для человека таится в таких замечательных его качествах, как благополучие и успокоенность. Особенно у нас, россиян. Мы скорее тревожимся из-за каких-то мифических угроз, вроде вторжения инопланетян, чем из-за реальных, существующих совсем рядом. И это усугубляется еще умножением на нашу неискоренимую расхлябанность и такое же разгильдяйство.

Послушать иных прекраснодушествующих отечественных либералов — ну, нет врагов у России! Так, мелочь какая-то недовольная еще осталась. А в целом вокруг друзья, исполненные симпатии к нашей развивающейся демократии.        ,

А между тем мир не стал безопаснее со времен Второй мировой войны. Скорее – наоборот. В принципе война никогда не прекращается. Просто формы и методы ее стано­вятся другими Потому что дележ мира на экономически выгодные куски или хотя бы рынке сбыта не прекратится никогда. Это один из основных законов капитализма да и человечества вообще. И в принципе все заинтересованы в усилении самих себя и в ослаблении соседей.

А на войне — как на войне: все средства хороши. А уж ес­ли фронт, так сказать, незри­мый, то тем более.

В 70-х годах, когда Куба была костью в горле Соеди­ненных Штатов Америки, они с целью подрыва продо­вольственной базы предпри­няли биологическую дивер­сию — занесли на Остров свободы вирус африканской чумы свиней. В результате все свинофермы на Кубе при­шлось ликвидировать.

Кстати, этот экзотический вирус известен еще с начала закапывают.

Место дезин­фицируют. Свиньи уничто­жаются не только в самом эпизотическом очаге, но и в радиусе 10 километров во­круг него. И еще: по крайней мере, год здесь нельзя будет заводить хрюшек.

Но это еще не все. В целях недопущения распростране­ния инфекции устанавлива­ется жесткий карантин на вывоз двадцатого века. В 50-х годах он с Черного континента по­пал в Европу — Португалию и Испанию. Но распростране­ния не получил — его быстро локализировали и уничто­жили. «Торкался» вирус и в Советский Союз через черно­морские порты. Однако наши ветеринары тоже среагирова­ли оперативно. И вот по про­шествии многих лет — новая волна. Теперь уже со сторо­ны суверенной Грузии. По одним предположениям, он попал туда опять же с замор­скими товарами через порты. А вот по другим его внезап­ное появление связывается с возникновением на терри­тории «маленькой, но очень гордой республики»  некой биологической  лаборатории якобы для разработки вакци­ны против птичьего гриппа. Создавалась научное учреж­дение по инициативе амери­канцев, причем сразу же осо­бо оговаривалась предельная секретность     деятельности объекта. А уж после того, как вместо ранее намеченных 15 миллионов долларов янки ре­шили вложить туда 95, у ря­да международных наблюда­телей и вовсе стало крепнуть опасение, что  лаборатория, вероятнее всего, принадле­жит Министерству обороны США.

Конечно, мало ли кто что подозревает, но вот африканская чума свиней после это­го появилась в Грузии очень скоро. И через Кавказ пошла в Россию. Разными путями. Рассказывают даже, что вме­сто того, чтобы сжигать тру­пы умерших животных, как это и положено, «находчи­вые» горцы бросали их в ре­ки, текущие к соседям, чаще всего — в сторону бывшего большого брата.

И вот теперь с юга вирус движется вглубь России, за­хватывая область за обла­стью, со скоростью примерно 360 километров в год (то есть в среднем около километра в сутки). Нанесенный ущерб уже составил свыше двух миллиардов рублей.

Вирус чрезвычайно’ опа­сен. Инфицированные сви­ньи умирают поголовно. И довольно быстро — в течение нескольких дней. Вакцины против этой чумы нет. Так что животных следует уни­чтожать немедленно, сжи­гать их трупы, а также сами фермы. Останки тщательно закапывают. Место дезин­фицируют. Свиньи уничто­жаются не только в самом эпизотическом очаге, но и в радиусе 10 километров во­круг него. И еще: по крайней мере, год здесь нельзя будет заводить хрюшек.

Но это еще не все. В целях недопущения распростране­ния инфекции устанавлива­ется жесткий карантин на вывоз любой сельскохозяй­ственной продукции. И хотя для других живот­ных, а главное, для самого человека,  вирус  абсолютно безопасен — экономические последствия тяжелейшие. Ведь чем живет село? Прода­жей сельхозпродукции. Не говоря уже о том, что свинина — довольно быстро получае­мое мясо, пользующееся не­изменно высоким спросом. Да и сало — один из ценнейших продуктов животноводства.

Кстати, в самой Африке вирус настолько укоренился, что на весь огромный конти­нент приходится всего один процент мирового производ­ства свинины.

По прогнозам в нынешнем году африканская чума до­стигнет и наших краев. Наи­более вероятно ее появление со . стороны Ростова, через Волгоградскую область, с ко­торой граничит Красноармей­ский район. Здесь недавно и были проведены учения по оперативному обнаружению и ликвидации очага зараже­ния. Одним из главных участ­ников и докладчиков на этом исключительно важном ме­роприятии был руководитель Управления федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Саратовской области Алек­сей Частов. К нему мы и об­ратились за разъяснением об­становки.?

— Алексей Александро­вич! Судя по всему, чума эта — просто неотвратимое бедствие, — от которого нет спасения!

— Ну почему же? Ес­ли, грубо говоря, вклю­чить мозги, быть собран­ными и неукоснительно выполнять все карангинно-профилактические меропри­ятия, ее вполне можно и ло­кализовать, и остановить. Нет же африканской чумы в Европе. Хотя очаги её бы­ли не только в странах Пи­ренейского полуострова, но и на крупнейших островах Италии. Там, правда, не хва­тились вовремя. Потом хо­тя и уничтожили полностью поголовье свиней, но те уже успели передать опасный ви­рус клещам, которых, увы, не истребишь. Видимо, зача­стую там домашние хрюш­ки, как и у нас в селах, гуля­ли на свободе. И с тех пор в этих местах возобновить жи­вотноводство невозможно. А вот в континентальной Евро­пе свиные фермы от всех по­сторонних и всего посторон­него надежно закрыты. Туда даже проверяющих пускают чрезвычайно осторожно, с соблюдением всех мер са­нитарии. Местные хрюшки, естественно, не совершают и ленивые променады по здеш­ним улицам и лесочкам, где могут встретиться с инфици­рованными дикими кабана­ми. И еще один интересный факт: на Западе практически не скармливают свиньям домашних отходов, по крайней мере, не обработанных допол­нительно.

— Но ведь человек афри­канской чумой не болеет!

Однако невольным пере­носчиком вируса вполне мо­жет быть. Приведу конкрет­ный пример. В одно из сел соседней с нами Оренбург­ской области к местному жи­телю приехали родственники из Армении и привезли с со­бой среди других гостинцев бастурму. А в их республи­ке уже бушевала’ африкан­ская чума. Сказать бы хозя­ину приезжающей родне: ни в коем случае не привозите продукты из свинины. Не до­гадался… И вот остатки той бастурмы выбросили в корм для свиней, которых у се­лянина было в хозяйстве 30 голов.Сначала сдохли они, потом еще 150 свиней с рас­положенной рядом фермы, затем все остальные хрюшки села. В считанные дни! Сло­вом, наказал и себя, и одно­ сельчан. Спасибо, местные ветеринары не растерялись — вовремя локализировали и уничтожали очаг, не допусти­ли распространения вируса.

—Похожая ситуация была и в воинской части под Санкт-Петербургом, имеющей под­собное свиноводческое хо­зяйство. То есть с бедствием вполне можно бороться! Но кроме положительных примеров есть и масса отрица­тельных. Так, в Ростовской об­ласти глава местной сельской администрации ввел было ка­рантин для одного села. Ввел утром, а вечером… отменил. Видимо, слезно упросил ру­ководитель тамошнего хозяй­ства. Однако через несколь­ко дней все равно пришлось вводить, причем уже жесто­чайшим образом. Потому что африканскую чуму скрыть невозможно. Это должны понимать решительно все – от рядовых тружеников до начальников рядовых тружеников до на­чальников. Это очень боль­шая беда! И ни в коем случае нельзя допустить ее распро­странения. Понятно, жалко терять поголовье свиней — государственные компенса­ции за их немедленное уни­чтожение, разумеется, не сравнятся с тем, что можно получить от реализации мяса на рынке. И собранную про­дукцию растениеводства про­дать нельзя. Но что делать?! Это эпидемия—опасность № 1! И это мы стараемся объяс­нить всем, в том числе и сель­скому населению на сходах и через листовки.

Но люди все разные. Кто-то после раздутой зимней исте­рии по поводу свиного гриппа вообще не верит власти. Кто-то не устоит перед соблазном купить поросеночка на сторо­не совсем уж дешево — надо же, какая удача!  Даже инфи­цированное свиное мясо не которые втихаря развозят по соседним областям. То есть разъяснительную работу и самый жесткий контроль на таможнях, санитарных кор­донах, на всех поступающих потоках мясной продукции нужно продолжать в преж­нем, а лучше — в нарастаю­щем темпе.

И в этом отношении мы очень надеемся на помощь СМИ. Не надо воплей, пани­ки, «жареных» материалов — пишите и рассказывайте спокойно, вдумчиво. Общи­ми усилиями, оперативно и грамотно, можно остановить любую беду!

На сегодняшний день до всех сельскохозяйственных руководителей и специали­стов доведен алгоритм дей­ствий  на  случай  обнаружения опасной инфекции. Учитывая исключительную серьезность и тяжелые эко­номические последствия принимаемых карантинных решений, экспертиза прово­дится в двух авторитетных лабораториях. Одна из них, скажу не без гордости, наша. Специалисты по эпидемологическим анализам дежурят круглосуточно, включая вы­ходные дни и праздники.

Кстати, у нас одна из луч­ших многопрофильных вете­ринарных лабораторий в Рос­сии — как по кадрам, так и по оснащению новейшим за­рубежным оборудованием.

В самой природе африкан­ская чума переносится, как уже было сказано, только не­которыми видами клещей и дикими свиньями. Нам не­медленно сообщают о каждом случае падежа кабанов в охот­ничьих угодьях нашей обла­сти. Соответственно оператив­но присылают материал для анализов. Пока все нормаль­но — вирус не обнаружен.

— Алексей Александро­вич! А не получится ли так, что  сосредоточившись  на этой надвигающейся несомненно большой беде, ваши сотрудники пропустят нечто другое, не менее опасное?

Ни в коем случае! Во-первых, у нас разные отделы и каждый сосредоточен на сво­ем направлении. Во-вторых, напряжение в работе присут­ствует всегда. Мы ведь време­нами имеем дело не только с человеческой безответствен­ностью, безалаберностью, но и, откровенно говоря, отсут­ствием даже элементарной совести, что уже напрямую граничит с преступлением. Против нас «играет» и сама природа в виде тех же виру­сов и вредителей. Нередко но­вых и совершенно уникаль­ных. Это ведь только дети могут задать вопрос: «А зачем они вообще нужны — эти бу­кашки?» Попробуй ответь! Но ведь существуют же, распро­страняются, приспосаблива­ются к новым условиям, на «подручных средствах» пере­секают моря, воздушные оке­аны, расстояния в десятки тысяч километров. И появляются как незваные гости. Да тот же колорадский жук, при­бывший в Европу из Америки и попавший к нам через за­падную границу. Казалось — вот воистину неистребимый вредитель, чем только ни тра­вили! А он отступит, зароет­ся на зиму глубоко в землю, а по весне — опять в атаку! Но, оказывается, есть насекомые и пострашнее. Например, ка­дровый жук — грозный при­шелец с юга. Недавно мы за­вернули на таможне вагон с зараженной им продукцией. Этого вредителя действитель­но ничем не взять. Живуч не­обыкновенно! И даже не сам жук, а его личинки, которые едят все, даже картон коро­бок. А если нет пищи, способ­ны в ожидании ее просуще­ствовать в биопаузе три года! Вот уж если кто попадет в зернохранилище, где всегда полно трещинок-убежищ!.. К тому же прожорливые ли­чинки не только уничтожа­ют значительную часть про­довольственных запасов, но и своими отбросами отравляют оставшиеся. И таких биологи­ческих «сюрпризов» у приро­ды еще достаточно.

Но самое удивительное: даже то, что открыто челове­ком и используется для его блага, способно работать ему во вред. Естественно, при не­грамотном использовании. Возьмем антибиотики. В свое время они совершили самый настоящий переворот в меди­цине. Сколько сохранили лю­дям здоровья, сколько спасли жизней! Но микробы тоже хо­тят жить. И выживают, если антибиотики используются неправильно. Либо неумерен­ным их употреблением люди расхолаживают и даже угне­тают свою иммунную систе­му, ослабляя естественную биологическую защиту ор­ганизма. Либо, не пройдя до конца курс лечения, не толь­ко не уничтожают микро­бов, но делают им своего рода прививки. Теперь с ними бо­роться труднее. Так, первона­чальная разовая доза пени­циллина теперь увеличена в четыре-пять раз.

—  Но одно дело, когда чело­век сам нарушает порядок ле­чения. И совсем другое, если минимальные дозы антибио­тиков систематически попа­дают в организм вместе с про­дуктами питания. Да с тем же молоком! Повредит коро­ва вымя на пастбище — вколят ей методом одноразово­го шприца тубу лекарства, перевяжут наспех. Молоко бы после этого пару-тройку дней сдаивать, используя ли­бо для телков, либо просто выплескивая. Но ведь такое даже представить невозмож­но. И не только в оставшихся немногочисленных кол­лективных хозяйствах, но и в мелких частных, где на сегод­няшний день производится 80 процентов всего молока. Однако на рынках и молокозаводах есть свой контроль качества?

—  К сожалению, там не способны выявить в продук­те наличие антибиотика.

—          Выход?

—  Иметь хотя бы два ком­плекта пусть дорогостояще­го, но надежного импортного оборудования для соответ­ствующих анализов.

—  На всю область, на все города и районы?!

—          Если поставить про­верки на хорошую плано­вую основу с серьезными на­казаниями за нарушения — можно даже при таких скромных технических воз­можностях достичь многого. По крайней мере, взять под строгий контроль молокоза­воды, в первую очередь те, от­куда идет молоко в детские сады, школы… Охране дет­ского здоровья требуется осо­бое внимание. Вы заметили, что настоящие врачи край­не редко выписывают детям антибиотики и то строго в разумных пределах. А тут получается, что с помощью «целебного» молока их на эти антибиотики как раз и «под­саживают» со всеми вышепе­речисленными негативными последствиями. Наказания в рублях у нас еще пока что не­достаточно серьезны. Но если только крупные поставщи­ки почувствуют, что их мо­гут лишить еще и выгодных государственных и муници­пальных заказов — сразу наладят свой контроль, даже более строгий!

Многое, многое еще не бе­рется в расчет при определе­нии качества молока. К при­меру, остаток химических средств, которыми мыли би­доны и цистерны. А ведь они далеко не безобидны! Особен­но, если не ополоснуть ем­кости достаточным количе­ством чистой воды.

— А как дело с контролем на Западе, на который все время призывают нас рав­няться?

—          А знаете, в России по ряду позиций требования да­же намного строже. Так что нашим службам пришлось повоевать и с иностранными поставщиками продоволь­ствия, вплоть до посещения их предприятий по перера­ботке. И дело серьезно сдви­нулось с мертвой точки. На рынке вообще уважается жесткая позиция. Ни в коем случае нельзя давать побла­жек. Безо всякого стеснения. Захотят иметь постоянный сбыт — исправятся!

—          Одна из ваших наиваж­нейших задач — контроль за использованием земли сель­скохозяйственного назначе­ния. В последнее время, от кровенно говоря, дела здесь обстоят не очень хорошо. И любопытно, влияет ли это на качество продовольствия?

— Самым прямым обра­зом. Если истощается пло­дородие почвы, то будет не­уклонно снижаться и объем урожая, и его качество. Безу­словно, это зависит и от дру­гих обстоятельств — семян, агротехники. Но плодородие все-таки прежде всего! Зем­ля, к сожалению, эксплуати­руется неграмотно. И даже хищнически.

Очень мало вносится орга­нических удобрений — кол­хозных ферм-то практически нет. А на современные ком­байны, измельчающие соло­му и разбрасывающие ее по полю для дальнейшей запаш­ки, крестьяне смотрят косо. Ибо солома у нас всегда счи­талась кормом крупного ро­гатого скота.

Мало вносится минераль­ных удобрений. А если и вно­сится, — то па глазок, без аг­рономического обоснования. Нарушаются севообороты. А посади на одном месте три го­да подряд подсолнечник или кукурузу — и все, на плодо­родии поля можно ставить крест.

Если честно: зерновое хо­зяйство области находится в упадке. Специалистов не ра­дуют даже случающиеся при стечении благоприятных по­годных условий рекордные урожаи. Ведь почти все зер­но — фуражного качества. Не только первый, но и вто­рой класс найти трудно. А ведь когда-то наши твердые пшеницы закупали Италия и Англия. Все в прошлом! А жаль!! И что самое обидное — есть ведь все условия для реванша в этом направлении. Даже свой   институт Юго- Восток, производящий семе­на прекрасных перспектив­ных сортов.

—  А сколько пахотных зе­мель пустуют!

—  При общей площади в пять миллионов гектаров — 660 тысяч. Но эту цифру мы постоянно всеми принуди­тельными мерами снижаем. Только в прошлом году по на­шей инициативе заработало еще 40 тысяч гектаров. Боль­шие усилия в этом направ­лении прилагает и областное министерство сельского хо­зяйства.

Еще одна проблема — раз­рушение плодородного слоя почвы. Недавно у нас появил­ся такой новый термин —копатели. Это те предприимчи­вые «деятели», которые, уже собрав на металлолом всю наземную часть брошенных мелиоративных установок, приступили к извлечению труб и кабелей, проложен­ных в земле. Можно ска­зать, подчистую утилизиру­ют это наследство советской власти — на большее, види­мо, не способны. По докумен­там обычно все в порядке, все официально оформлено. Од­нако рекультивировать по­чву на разрытых экскава­тором участках не желают. Пришлось заставить.

Естественно, в статье мы коснулись лишь нескольких аспектов деятельности са­ратовского управления Рос-сельхознадзора. Круг забот его настолько широк, что и всего номера газеты не хвати­ло бы на беглое описание.

Служба эта весьма отве-ственная. Не только перед со­временниками, но в большой степени — перед будущими поколениями. Как-то Марк Твен сказал, что приобре­тать нужно в первую очередь землю, потому что ее больше не делают. Это вовсе не шут­ка, а по сути очень глубокая мысль, до истинного пони­мания которой многим еще нужно расти и расти.

Земля и все, что на ней производится — действитель­но главное богатство каждой страны. В России сосредото­чено 60 процентов чернозе­мов планеты. Вы только вду­майтесь в эту потрясающую цифру — 60 процентов!! А мы обычную морковь ввозим из пустынно-каменистого Изра­иля… Что ж, пока не поумне­ем, не испоганить бы имеющи­еся плодородные просторы, сохранить бы их для потом­ков, которые, даст Бог, будут намного мудрее нас.

А пока нужно все бе­речь. Мониторить. Вовремя предотвращать нежелатель­ные события, либо экстрен­но устранять их последствия. Фактически Россельхознад-зор постоянно держит фронт, защищая наше будущее. И на войне — как на войне…

Между прочим, Алексея Частова иногда называют Доктор Защита, имея в виду, конечно же, направление его деятельности. Но, возможно, такая участь ему вообще на роду написана. Потому что само имя Алексей на русский язык переводится как «За­щитник».

Петр Васильев

Деловое обозрение. Поволжье, июня 2010 № 3 (18)